В гостях у арфы

Ливень резко ударил в окно. Я вскрикнула от неожиданности, когда что-то стукнуло по плечу. На кровать возле меня шлепнулась статуэтка. Я обернулась и подняла глаза. Фения, черный котенок, подобранный недавно у теплотрассы, заняв на полке место кельтской богини, смотрела на меня без единого намека на чувство вины. Мяукнуло уведомление о входящем письме.
Поставив ноутбук на колени, я ввела пароль от электронной почты. Да! Наконец-то, ответ от издательства «Артефакт».  «Ваш роман принят на конкурс. Предварительный рейтинг: 10 место. Желаем удачи». Далее требовалось прислать краткую биографию.

Стуча по клавишам, я машинально строчила, где родилась, крестилась и так далее, возмущаясь в душе низкому рейтингу. Такое положение вещей меня не устраивало. Подумать только, десятое место.

Закончив, я оторвала взгляд от клавиатуры. На экране красовалась написанная на латинице абракадабра. В этот момент Фения спрыгнула с полки, прошлась по клавишам и растянулась перед экраном. И вдруг я подумала, не получится ли это перевести? Замелькало окошко переводчика.

Пригодился опыт работы в Англии с группой археологов после окончания факультета журналистики. Невольно задумаешься, может, все было не случайно? Через час мне удалось сложить что-то похожее на кельтскую легенду. Поразительно! И очень кстати. Как раз то, что нужно. Таинственная легенда, согласно которой в одном из пабов города Армы хранилась древняя арфа. Успех и слава станут спутниками того, кто услышит ее песнь.

Я взглянула на статуэтку богини Дану. Она ничего не сказала. Как обычно, смотрела своими полуприкрытыми глазами. Что ж, посмотрим, ребята, Таня Успешная не сдается.

Обзванивая друзей и знакомых, я мерила шагами свои двадцать квадратов в питерской многоэтажке и решала вопрос вылета в Ирландию.

— Какая Ирландия, Танька? — смеялась в трубку подруга, — Ты со своими рассказами совсем спятила. Лететь в такую даль ради того, чтобы послушать музыку?

Обычно Ирка меня поддерживает, она знает, что я не отстану, пока своего не добьюсь. Не то, чтобы я суеверная, но победа просто сама шла мне в руки.

— Как там говорят? Цель оправдывает средства?

В общем, вопрос вылета, а заодно и ухода за кошкой вскоре был решен.

***

Лоскутное желто-зеленое одеяло приближалось. Еще несколько минут, и я почувствовала под ногами ирландскую землю. Добравшись до Армы, поселилась в недорогом хостеле и, бросив вещи, не теряя времени, отправилась на поиски нужного заведения.

День разыгрался, и молодящаяся осень демонстрировала свою красоту. Я шла по молчаливым улицам, вчитывалась в надписи на вывесках, всматривалась в окна витрин.

Наконец, с трудом толкнув деревянную  дверь, я погрузилась в полумрак и тепло паба. Деревянные столы, кожаные диваны, стены, увешанные фотографиями и картинками — прекрасная обстановка для творчества. Черная, ну точно моя Фения в будущем, кошка запрыгнула на барную стойку и, запустив свой кошачий моторчик, подозрительно поглядывала на меня неоновыми глазами.

Смуглый официант Ник, непохожий на коренного жителя Ирландии, поинтересовался о заказе. Я попросила кофе. Прислушалась. Едва уловимый звук возникал, неизвестно откуда, и таял в воздухе, снова возникал и скрывался за шагами официанта. Это даже не было мелодией, но каждая нота как будто выливалась из предыдущей и уходила в следующую. Насколько я уже успела изучить арфу, звучала, похоже, она. Однако в зале ни инструмента, ни арфиста не наблюдалось. Официант принес кофе. Я обняла чашку холодными от волнения ладонями.

— Что это за музыка?

— Это Брайан, он здорово играет, настоящий мастер, — ответил парень.

Я сказала, что хотела бы поговорить с этим Брайаном, Ник кивнул и удалился.

Музыка, тем временем, продолжала свое неспешное течение. Звуки выныривали один из другого, цепляясь друг за друга и увлекая за собой туда, где белоснежные, как облака, овцы пасутся на сочно-зеленых лугах, а кудрявые, как овцы, облака плывут по лазурному небу.

-Добрый день, — услышала я над собой мягкий голос и вздрогнула, возвращаясь в паб к запаху жареного мяса и остывающему кофе. Я даже не заметила, как арфа перестала играть.

Передо мной стоял высокий мужчина, на вид мне ровесник, не старше тридцати. Вьющиеся светлые волосы его были зачесаны назад и опускались почти до плеч, внимательные голубые глаза смотрели с интересом. Он был одет в коричневую длинную рубашку без пуговиц, подпоясанную кожаным ремнем. Похоже, молодой человек любил национальную одежду. Я поднялась, протягивая руку, и представилась.

— Брайан Хуг, управляющий, — ответил мужчина, присев напротив.

— Я писатель, пишу приключенческий роман, а по моим подсчетам в этом пабе должна храниться волшебная арфа Дагды, — выпалила я, — Я бы хотела видеть этот инструмент и просить вас исполнить одну песню из легенды, вы наверняка знаете ее. По-английски звучит примерно так (и я на память зачитала ему несколько строк).

Пусть движутся в бой короли,

И песнь, подвластная арфе,

Что звуками Дагда наполнил,

Победу несет тем, кто слышит.

Успех с теми будет и слава,

Лишь слуха достойных коснется

Победная чудная Песнь,

Ремесленник ты или воин.

Произнесла я это почти шепотом, не отводя взгляда от управляющего, и замечая, как меняется его лицо. На первой же строке он нахмурился и с каждой фразой все больше удивлялся, будто я озвучивала ему страшный диагноз.

— Простите, — сказал Брайан растерянно, вставая из-за стола, — Я не могу вам помочь, этой песни я не знаю.

Управляющий мигом ретировался, а я еще какое-то время сидела за столиком, всматриваясь в остывший кофе и вспоминая состоявшийся  разговор. Чего он испугался? Он же «мастер». Мне стоило проявить настойчивость.

***

Знакомый официант улыбнулся, заметив меня. Я, как обычно, заказала салат и стейк. Вот уже третий день я приходила сюда обедать и ужинать.

В туристических поездках, обыкновенно, я ношу простую удобную одежду, никаких юбок и шпилек. Но не в этот раз. С ботфортами на каблуках я надела бежевое вязаное платье со свободным вырезом. Оно, как бы случайно, соскальзывало с плеча в нужный момент. Конечно, на сидящую в углу блондинку с книгами и без того обращали внимание, и я уже успела завести парочку знакомств. Но от свиданий отказалась, сославшись на работу. Мне нужен был Брайан. А Брайан так же, как и мое платье, «случайно» проскальзывал мимо меня, делая вид, что не замечает, и исчезал за стену позади барной стойки, откуда вновь посылал публике сладкие звуки арфы. Однако я не теряла ни надежды, ни времени. Все глубже я погружалась в дебри кельтских легенд. И писала. О людях, которые приходили в паб, о кошке, которая прогуливалась по стойке с видом, что она здесь главная, о вдохновляющей музыке Брайана и о том, как забавно  он, время от времени, украдкой наблюдал за мной.

Горячее мясо дразнило своим ароматом. Зал наполнялся посетителями. Мужские компании гудели, позвякивая пивными кружками. За несколькими столиками сидели пары. Сквозь разноголосый говор пробивалась в пространство паба ненавязчивая музыка, обрамляющая картину вечерней субботней Ирландии.

Когда  за окнами стемнело, в зал вышли и расположились на угловом кожаном диване мужчины с гитарами и девушка с небольшой арфой в изящно изогнутой раме. Публика зашумела. Откуда ни возьмись, возле девушки на диване появилась и принялась вылизывать свой лоснящийся бочок знакомая кошка. Зажигательная ирландская музыка полилась, приглашая танцевать. Одна парочка не сдержалась. Девушка, круглолицая, полная, с волосами медного цвета, закрывающими всю спину, и не очень молодой человек с жидким хвостом на затылке и в обмотанном вокруг шеи фиолетовом шарфе, танцуя, обходили друг друга то с одной, то с другой стороны, время от времени легко подпрыгивая. Постепенно с каждой новой мелодией к ним присоединялись другие умельцы, и вот уже весь пятачок свободного пространства был занят танцующими.

Музыка, хохот, смех и пение, казалось, разорвут тесный уютный паб. Народ это не смущало, а у меня все внутри переворачивалось, тоже хотелось уже пуститься в пляс, но я не отрывала глаз от арфистки. Как завораживающе она перебирала ноготками по струнам, сможет ли она сыграть славную песнь из легенды, и та ли это арфа, что наполнена звуками в руках Дагды? Финальные аккорды отгремели, и народ зааплодировал.

— Извините, а вы можете сыграть такую песню? — спросила я арфистку, подойдя к ней вплотную, чтобы никто не слышал, и проговорила слова.

Черные брови ее сдвинулись, образовав глубокую морщину над переносицей, серые глаза наградили меня колючим взглядом. Она, молча, поднялась и поспешила к служебной двери. Я бросилась за ней, но на моем пути возник Брайан, и я едва не ударилась лицом в его грудь.

— Извините, туда нельзя, паб закрывается.

— Да что ж это такое? Объясните же. Почему вы избегаете меня? Я что так много прошу?

Я слышала, как дрожит мой голос от обиды, а глаза наполняются слезами. Не люблю выглядеть слабой, но меня просто душило непонимание. Всего лишь песня. От них же не убудет, а для меня, возможно, откроется целый мир. В конце концов, неспроста мне явился этот текст, я была в этом уверена.

— Вы не знаете, о чем просите, — сквозь зубы проговорил управляющий, — Присядем, я угощу вас кофе.

Был он в этот раз в темно-синей уютной рубашке, оттеняющей его голубые глаза, отчего их радужка стала насыщеннее. Этот темный взгляд блестел и пугал каким-то неведомым знанием.

Он обхватил ладонями  свою чашку и долго молчал, поглаживая ее края большими пальцами. Я в ожидании смотрела на его сосредоточенное лицо. Наконец, Брайан поднял на меня глаза, полные решимости.

— Брайан Хуг из рода смотрителей северного племени богини Дану.

Горячий кофе царапнул мне горло, я с трудом проглотила его. Так мы познакомились с Брайаном во второй раз.

Судьба его рода — хранение могущественных  предметов, которые Племена богини, будучи побежденными в одной из битв за ирландские земли,  не смогли взять в свой мир под покров невидимости.

— После работы, как только начинаются сумерки, люди спешат в паб за глотком тепла, которого мало в окружающем их мире. Арфа делает свою работу каждый день. Люди не очень-то верят легендам. Для них магия древних вещей – всего лишь сказка, потому предметы спокойно находятся в музеях и пабах,  а мы следим, чтобы они оставались во владении Племен.

Я всегда любила историю, не ту, что пишут в учебниках, а ту, что скрывается от нас в мифах и артефактах под слоем пыли. Но у меня не укладывалось в голове, что я беседовала с представителем мифического племени.

Брайан проводил меня до отеля. На следующий день мы встретились снова и гуляли по Арме, несмотря на серость. Оказалось, с двадцати лет он служит смотрителем арфы, как и любой представитель его рода, и будет это делать до взросления следующего смотрителя. Брайан рассказывал мне удивительные истории, которых не встретишь ни в одной книге. К вечеру я осмелилась прочесть ему свои рассказы. Боялась, что он начнет меня критиковать, ведь я писала о приключениях в поисках сокровищ, но он восхитился моему вниманию к легендам и сказал, что в моих рассказах они как будто получают вторую жизнь. Он не льстил. Синева его глаз не могла лгать.

— И все-таки, Брайан, я здесь ради песни, что открылась мне в легенде, — наконец, решилась я вновь вернуться к волнующей меня теме, о которой он не хотел говорить.

Брайан отвел глаза, и какое-то время разглядывал мокрый ствол молодого дуба, опираясь на него ладонью, будто ища поддержки.

— Песнь Победы. Ее спела богиня войны Морриган в битве при Маг Туиред. Текст считается утерянным, он нигде не опубликован. Я не знаю, как он открылся тебе, но он несет в себе большую опасность, ведь победа для одного — поражение для другого.

— Ты хочешь сказать, что сыгранная на арфе Песнь Победы в наши дни может принести победу тем, кто ее услышит?

Брайан кивнул.

Что ж, это, по крайней мере, объясняло его испуг.

— И победу, и славу, и успех. Но цели у людей бывают разные. Твоя цель светла, — произнес он и добавил, немного подумав, — Я всегда ухожу из паба последним. Когда он опустеет, я погашу свет, ты вернешься и увидишь арфу Дагды.

Не ожидала от смотрителя такого рвения, учитывая, как Племена богини боятся, что артефакты попадут в руки людей, но это было все равно, что проникнуть тайком в учительскую и порыться в классном журнале.

В нетерпении я бродила по городу, хоть он и тускнел на глазах, а вскоре и вовсе начался дождь.  Пристроившись к экскурсии, я спряталась от него в Соборе Святого Патрика. Тишина и запах свечей обволакивали и успокаивали. Сев на скамейку в заднем ряду, я открыла книгу ирландских мифов на английском языке, купленную здесь же в книжном магазине, пытаясь сосредоточиться на тексте.

— Правильно, что читаешь, — вдруг сказал проходивший мимо совершенно седой маленький старичок, по одежде похожий на монаха. Взгляд его не по возрасту горячих зеленых глаз задержался на книге, потом на мне, — Слово — не пыль – не смахнешь. Не упусти ничего, — добавил он и на удивление резво ушел.

Я растерянно кивнула. Не упустить что? К странностям я уже начала привыкать. Как многого я еще не знаю о мире и его устройстве, но и хочу от него не мало.

***

Дождь, тем временем, усилился и все громче колотил в окна, ручьями стекая по стеклам. Я и не заметила, как стемнело. Улочки опустели, оживленные пабы тоже.

Один за другим посетители покидали и мой знакомый паб. Я сидела на скамейке и не сводила глаз с большого окна в деревянной раме, снова вспоминая таинственные слова и предвкушая, что, возможно, мне удастся выпросить у смотрителя славную песнь.

Пусть движутся в бой короли,

И песнь, подвластная арфе,

Что звуками Дагда наполнил,

Победу несет тем, кто слышит.

Успех с теми будет и слава,

Лишь слуха достойных коснется

Победная чудная Песнь,

Ремесленник ты или воин.

Но вашим потомкам пророчу:

Когда вновь прольются по струнам

Волшебные славные звуки,

Уж смолкнет та арфа навеки.

И род вместе с нею иссякнет –

То плата за Песнь Победы.

Стоп. Меня обдало жаром, который тут же сменился холодом. Как будто я вспомнила, что забыла сделать нечто важное. Я и сама не поняла, как оказалась у дышащего теплом окна, заглядывая в него. Ник переворачивал последний стул. Уткнувшись в шарф и засунув руки в карманы, пошла по тротуару быстрым шагом, чтобы согреться и избавиться от озноба, потом повернула обратно. Издалека еще я увидела черноволосого официанта, прикрывающего за собой дверь.  Прибавила шаг и вошла в паб, тяжело дыша. Смотритель ждал меня.

— «Уж смолкнет та арфа навеки. И род вместе с нею иссякнет» — Что это значит? — едва не переходя на крик, начала я, приблизившись и глядя снизу вверх в его глаза.

Легкая улыбка Брайана тут же исчезла. Он взял меня за плечи.

— Тебе известна и эта часть песни?

Я хрипловатым от холода и волнения голосом прочла все известные мне строки.  Смотритель выслушал.

— Идем, — сказал он, потянув меня за руку в сторону служебной двери. Мы поднялись на второй этаж и прошли по коридору в дальнюю комнату. Зеленые глаза в темноте горели, как лампочки на елке. Брайан включил свет, и я увидела арфу, стоящую в углу на бархатном пуфе возле большого зеркала в потемневшей раме. Невысокий блестящий инструмент из светлого дерева вовсе не выглядел древним. Перед ним сидела все та же черная кошка.

— Спокойно, Маха, все в порядке, — вполголоса произнес Брайан, и кошка спрыгнула на пол, как бы позволяя нам подойти к инструменту.

— Таково проклятье рода смотрителей. Нет артефакта — нет рода. Песнь победы звучала лишь однажды, тогда арфист отдал жизнь за нее. Эта музыка спасла народ Дану. Еще одна песня отнимет жизнь арфы.

-Почему ты не сказал мне об этом?

-Потому и не сказал, что ты достойна Песни. Я вижу, как блестят твои глаза, когда ты говоришь о любимом деле. Это восхитительно — иметь мечту и к ней идти. Жизнь человека – дорога к мечте. Жизнь смотрителя – хранение арфы.

Я вгляделась в молодое лицо. Вот она, цена. Исполнить свои мечты, но отнять у людей волшебную вещь, настоящее чудо. С другой стороны, избавить мир от риска появления завоевателя. Цель ведь оправдывает средства.

— Лучше исполнить твою мечту, чем кого-то другого, — сказал Брайан и провел рукой по струнам. Его голос дрогнул.

— Пусть движутся в бой короли…

***
Лоскутное желто-зеленое одеяло удалялось, самолет Дублин – Санкт-Петербург набирал высоту, а в тихой Арме, по-прежнему, звучала волшебная арфа. Глядя в иллюминатор, я улыбалась, вспоминая, как пулей вылетела из паба под оглушающий ливень и бежала до самого отеля, только бы Песнь Победы и звуки арфы не коснулись моего слуха.

Терпкий аромат крепкого кофе напоминал уютную атмосферу Ирландии. Фения довольно урчала на моих коленях, а богиня все также смотрела полуприкрытыми глазами. Я ввела пароль, создала новый документ, и чуть подумав, усмехнувшись своим мыслям, переключила раскладку на русский язык. Рассказ. «В гостях у арфы».